Кто имеет право выйти из кризиса победителем?

Кто имеет право выйти из кризиса победителем?

Практически все страны потратили и продолжают тратить большие суммы на спасение своей экономики. Это приводит к глубокому бюджетному дефициту и увеличивает долг. Так же и в Эстонии. Согласно текущему прогнозу, дефицит государственного бюджета в этом году увеличится почти до одной десятой ВВП, а деньги, заимствованные государством вместе с выпуском облигаций, резко увеличат государственный долг. Государственные финансы ухудшаются до уровня, которого мы прежде не видели.

Сохранить всех, кого можно, или сделать выбор?

В ближайшие годы сокращение дефицита государственного бюджета ограничит государственные расходы. Даже если дефицит бюджета будет компенсирован за счёт кредитных денег. Тем не менее, не имеет смысла увеличивать государственный долг для покрытия всех текущих расходов. Большая часть государственного бюджета обусловлена ​​предыдущими соглашениями и обязательствами, а более гибкая часть, финансирование которой может быть изменено быстрее, пропорционально меньше. Поэтому важно, чтобы правительство при выходе из кризиса сделало мудрый выбор. Государственная помощь должна стимулировать компании тратить деньги на повышение своей конкурентоспособности, а не только на её сохранение.

Какое решение следует выбрать правительству для спасения компаний? Сохранить всех, кого можно или сделать выбор в пользу тех компаний, которые повышают конкурентоспособность эстонской экономики? До сих пор пакет помощи был всеохватывающим. Это помогло предотвратить худшее, но невозможно развивать конкурентоспособную экономику только при поддержке государства. В мире много плохих примеров. Спасение компаний с плохой бизнес-моделью, слабой конкурентоспособностью и плохим управлением может оказать плохую услугу тем компаниям, которые вложили средства в разработку своих продуктов и услуг, сделав свой бизнес более эффективным, и который в конечном итоге может укрепить экономику Эстонии.

Отдать приоритет экспортирующим компаниям и предприятиям с более эффективной цепочкой добавленной стоимости

Мы много говорили о развитии компаний и отраслей с высокой добавленной стоимостью. Но что это значит? Исходя из доли добавленной стоимости в обороте предприятий (с точки зрения ВВП, объёма производства) и без учёта государственного сектора, виды деятельности с наибольшей долей добавленной стоимости относятся к сфере услуг (особенно в сфере недвижимости, финансовом секторе, секторе информационных и коммуникационных технологий, а также в области административных и вспомогательных услуг). Если также принять во внимание масштаб деятельности, то это – операции с недвижимостью и торговля. Однако доля добавленной стоимости в обороте обрабатывающей промышленности, которая является нашей основной деятельностью по экспорту товаров, является наименьшей из-за более высоких затрат на сырьё и комплектующие. В то же время одним из приоритетов должна стать поддержка компаний – экспортёров. Согласно исследованию, проведённому по заказу Центра мониторинга развития, 29% эстонских компаний экспортируют напрямую, а 80% – через одного-двух деловых партнёров. Чем ближе к экспорту, тем выше производительность. Однако производительность предприятий, находящихся ближе к внутреннему конечному потребителю, ниже. Производительность компаний с широкой клиентской базой и цепочкой создания стоимости также в целом выше. Приоритизация должна учитывать размер внутригосударственной цепочки создания стоимости, связанной с конкретной компанией.

Выбор по отраслям сделать легче, но почти в каждой отрасли есть как сильные, так и слабые компании с лучшими и худшими перспективами роста. Таким образом, взгляд лишь на сферу деятельность является слишком общим и слишком произвольным.

Конкурентоспособная экономика нуждается в технологически сильных компаниях

Чтобы повысить конкурентоспособность, экономика Эстонии, а также других стран нуждается в больших инвестициях в автоматизацию и цифровизацию компаний, в повышение квалификации работников. В то же время, инвестиции в чистую энергию и другие экологически и климатически благоприятные виды деятельности также предоставляют всё больше возможностей для роста. Согласно исследованию, проведённому Swedbank в этом году, в среднем 36% производственных процессов в обрабатывающей промышленности были автоматизированы, а 35% охвачены цифровизацией, причём самыми большими оба показателя являются в деревообрабатывающей промышленности.

Однако, согласно индексу цифровой экономики и общества (DESI, 2020), составленному Европейской комиссией, эстонские компании занимают лишь 14-е место, что ниже среднего показателя по Европейскому союзу при использовании цифровых технологий. Литва впереди нас, Латвия – позади. В то же время наши компании вкладывают всё больше средств в повышение эффективности за последние четыре года. Доля машин и оборудования, научно-исследовательских и компьютерных систем в их инвестициях увеличилась. Зачастую это дорогостоящие инвестиции, на которые компании жертвуют частью своей годовой прибыли, но именно они, как ожидается, принесут более высокую прибыль в долгосрочной перспективе. В посткризисной экономике выиграют компании, которые более технологически развиты.

70 процентов компаний, опрошенных международной консалтинговой компанией McKinsey, считают, что при выходе из нынешнего кризиса глобальным проблемам климата следует уделять первостепенное внимание. К сожалению, Эстония – на последнем месте в Северном и Балтийском регионе, в области достижения экологических целей ООН. Тем не менее, стимулирование устойчивого и низкоуглеродного экономического развития означает более новые (зелёные) инвестиции, которые создают дополнительную добавленную стоимость и новые рабочие места.

Посткризисная экономика зависит от выбора правительства

К сожалению, не всегда выбор может быть сделан на основе эффективности конкретной компании или отрасли. Нам нужно смотреть шире, то есть учитывать влияние на всю экономику. Например, вклад гостиничного бизнеса, который сейчас сильно пострадал от кризиса, в рост ВВП был близок к нулю в последние годы. Доля добавленной стоимости, созданной в сфере размещения и общественного питания, в обороте ниже средней по видам деятельности, а её производительность низкая. В то же время размещение является лишь частью всего туристического сектора, на который, по оценкам, приходится почти 8% экономики Эстонии. Помимо размещения и питания, туризм оказывает более сильное влияние на воздушный и водный транспорт, а также на туристические агентства и туроператоров. Таким образом, влияние иностранных туристов, прибывших в Эстонию, услуг, используемых в эстонском внутреннем туризме, а также поездок жителей Эстонии за границу является для нашей экономики значительным.

Экономика после коронакризиса во многом будет зависеть от выбора, который сделает правительство. Надеяться лишь на улучшение спроса, особенно внешнего спроса – недостаточно.

На этой странице используются файлы cookie. Если Вы продолжите пользование этой страницей или нажмёте на иконку «Да, согласен», то согласитесь с использованием файлов cookie. Вы в любой момент можете отказаться от данного согласия, изменив настройки используемого устройства и удалив сохранённые файлы cookie. Ознакомьтесь также с нашей политикой использования файлов cookie..