Согласуются ли в длительной перспективе налоговая нагрузка в Эстонии и расходы государственного сектора?

Согласуются ли в длительной перспективе налоговая нагрузка в Эстонии и расходы государственного сектора?

Расходы госсектора росли быстрее, чем в экономике создавалась добавленная стоимость

В следующем году государство через свой бюджет распределит 11,3 миллиарда евро. Это много или мало? Это на 735 миллионов евро или на 7% больше, чем в текущем году. Если же сравнивать с пиком, достигнутым 11 лет назад, перед экономическим кризисом 2008 года, то бюджет следующего года больше на целых 84%. В промежутке цены выросли, но даже если сделать поправку на инфляцию, то бюджет будущего года примерно на 58% выше. Рост выглядит довольно внушительно. Для сравнения – экономика Эстонии за это время вырастет примерно на 64% в текущих и на 21% в постоянных ценах. Таким образом, распределяемые государством суммы росли быстрее, чем добавленная стоимость, создаваемая в экономике. В следующем году доля расходов госсектора по отношению к нашему ВВП достигнет 42 процентов, что является наивысшим уровнем после восстановления независимости Эстонии (за исключением 2009 года, когда ВВП снизился быстрее, чем распределяемые правительством деньги). Согласно последнему прогнозу Министерства финансов, эта цифра после 2019 года снова начнёт снижаться.

По сравнению с ЕС в целом, расходы госсектора в Эстонии довольно скромные

Если сравнить с деньгами, которые распределяются через госбюджет в целом по ЕС, то у Эстонии этот показатель сравнительно невелик. Например, если в Эстонии в прошлом году доля государственных расходов по отношению к ВВП составила 40%, то в среднем по ЕС – 46%, а в Финляндии даже 54%. Меньше чем в Эстонии доля таких расходов была лишь в девяти странах – в основном в бывших странах Восточного блока. В государствах с меньшими расходами госсектора, как правило, ниже и налоговая нагрузка. Эстония со своей почти 34-процентной налоговой нагрузкой по отношению к ВВП также находится в нижней части списка среди стран ЕС – меньше эта цифра лишь в восьми странах. При этом большинство стран – это те же, где наименьшие расходы госсектора. Если посмотреть другую сторону этих показателей, то есть более высокую налоговую нагрузку и более крупные расходы госсектора, то мы увидим, что к таким государствам относятся страны с более высоким уровнем жизни (в том числе Северные страны) и здесь также по обоим показателям схожи одни и те же страны. Итак, в странах с более высоким уровнем жизни распределяется больше государственных денег, а финансируется это за счёт более высокой налоговой нагрузки. В государствах с более низким уровнем жизни эта связь носит обратный характер. Правда, здесь есть целый ряд исключений, но связь прослеживается довольно чёткая.

Надо ли нам повышать общую налоговую нагрузку?

Надо ли нам из этого сравнения делать вывод, что Эстония должна повысить общую налоговую нагрузку, чтобы увеличить расходы госбюджета? Но Министерство финансов наоборот прогнозирует на предстоящие годы снижение налоговой нагрузки. Мы ведь все знаем, что рост доли пожилых людей и иждивенцев происходит темпами, вызывающими тревогу. Что в свою очередь означает необходимость в наращивании расходов на социальное обеспечение и здравоохранение. Уже в следующем году доля таких расходов в бюджете составит 47%. На одни лишь пенсии по старости уходит 1,6 миллиарда евро или 15% госбюджета. Поэтому государство дальновидно планирует на ближайшие годы увеличение доли расходов на социальное обеспечение и здравоохранение. К 2022 году – до половины госбюджета.

Увеличение расходов на социальное обеспечение и здравоохранение не позволяет снижать налоговую нагрузку

В перспективе расходы на социальное обеспечение и здравоохранение в связи со старением населения и ростом доли иждивенцев будут расти с ускорением. Если учесть, что как налоговая нагрузка, так и суммы, распределяемые государством, снизятся по отношению к объёмам экономики, то это будет означать, что повышение доли расходов на социальное обеспечение и здравоохранение заставит урезать расходы в других областях, развитие которых из-за этого замедлится. При этом от государства ждут роста количества и повышения качества публичных услуг. Например, увеличения расходов на гособорону, образование, науку, развитие и т. д. Это затрудняет составление сбалансированного или профицитного бюджета. Нарастает и напряжённость при обсуждении в Рийгикогу госбюджетов на предстоящие годы. Уже в ближайшем будущем при финансировании различных сфер придётся учитывать, что значительная доля (примерно 80%) государственного бюджета распределена в соответствии с различными законами и ранее согласованными расходами. Это ограничивает возможности внесения в бюджет дополнительных расходов.

Снижение внешних дотаций ограничивает рост расходов госсектора

Конечно, налоги не являются единственным доходом госбюджета, но их 70-процентная доля всё-таки может считаться решающей. Наибольшими из неналоговых поступлений являются внешние дотации. В последние годы внешние дотации составляли 9-12% от объёма госбюджета. Внешние дотации обеспечивали значительную долю (примерно половину) инвестиций госсектора. С завершением бюджетного периода Европейского союза на 2014-2020 годы они начнут постепенно снижаться и, например, к 2022 году внешние дотации по сравнению с бюджетом на следующий год, по предварительным оценкам, снизятся примерно на 290 миллионов евро. Эта цифра сравнима с предусмотренными на следующий год расходами на семейные пособия или на содержание дорог. А финансирование Эстонии со стороны ЕС в рамках нового бюджетного периода будет, видимо, существенно уменьшено, поскольку наш уровень жизни (ВВП на душу населения) уже превысил 75% от среднего уровня по ЕС.

Никому не нравится платить больше налогов

Вряд ли Эстония сможет перенять экономическую модель Ирландии, которая привлекла в эту страну крупные зарубежные инвестиции (260% от ВВП). Но в Эстонии этот показатель тоже достаточно высокий – 89%. Эта модель помогла Ирландии быстро увеличить ВВП, что в свою очередь повлекло за собой очень серьёзное снижение по отношению к ВВП как налоговой нагрузки, так и расходов госсектора. Одна из возможностей – существенно увеличить производительность, что ускорило бы экономический рост Эстонии. Но о повышении производительности легче писать и говорить, чем её в реальности повышать. Это требует серьёзной работы по развитию, повышения конкурентоспособности, достаточного спроса и, естественно, благоприятных условий для предпринимательства.

На этой странице используются файлы cookie. Если Вы продолжите пользование этой страницей или нажмёте на иконку «Да, согласен», то согласитесь с использованием файлов cookie. Вы в любой момент можете отказаться от данного согласия, изменив настройки используемого устройства и удалив сохранённые файлы cookie. Ознакомьтесь также с нашей политикой использования файлов cookie..